м устройствам никогда не был, однако за время службы в полиции достаточно всего нахватался. Тем более, что обнаружить их оказалось парой пустяков. Во всех трех аппаратах микрофоны установлены одинаковые. Дек с Мясником хотели было поискать "жучков" и в других местах, но потом решили дождаться моего прихода.
   - "Жучков"? - переспросил я.
   - Ну да, это мелкие, как клопы, микрофончики, которые могут быть понатыканы по всей конторе, чтобы кому-то удобно было подслушивать остальные ваши разговоры помимо телефонных, - поясняет Мясник. - Найти их - дело плевое. Достаточно только облазить с лупой все комнаты, не пропустив ни дюйма.
   У Дека трясутся руки. Меня охватывает опасение, уж не из нашей ли конторы он звонил Брюзеру.
   - И что случится, если мы найдем и другие микрофоны? - спрашиваю я. К кофе ни один из нас до сих пор так и не притронулся.
   - Юридически, вы вправе их убрать, - поясняет Мясник. - Либо - старайтесь хотя бы не болтать лишнего. Так сказать - зубы им заговаривать.
   - А что, если мы их все-таки уберем?
   - Тогда "феды" поймут, что вы их засекли. Подозревать вас начнут ещё сильнее, возможно, усилят наблюдение. На мой взгляд, лучше всего вести себя так, словно ничего не случилось.
   - Вам легко говорить.
   Дек утирает пот со лба и упорно отводит глаза. Признаться, меня это уже не на шутку тревожит.
   - Вы знакомы с Брюзером Стоуном? - спрашиваю я Мясника.
   - Конечно. В свое время я на него работал.
   Меня это нисколько не удивляет.
   - Хорошо, - киваю я, затем смотрю в упор на Дека. - Ты, наверное, разговаривал с Брюзером по одному из наших аппаратов?
   - Нет, - отвечает Дек. - После того, как Брюзер сбежал, я с ним вообще ни разу не разговаривал.
   Этой отъявленной ложью он дает мне понять, чтобы при Мяснике я держал язык за зубами.
   - Меня все-таки интересует, есть ли ещё микрофоны в нашей конторе, - обращаюсь я к Мяснику.