йно высока, и площадь стараются использовать с умом.
   - Что выпьете? - спрашивает Драммонд, швыряя на стол портфель и пиджак.
   На крепкие напитки меня не тянет, к тому же я настолько устал, что спиртное может запросто свалить меня с ног.
   - Только кока-колу, - отвечаю я, и в глазах Драммонда мелькает разочарование. Сам он наливает себе небольшой стаканчик виски с содовой.
   В дверь стучат и, к моему изумлению, в кабинет входит мистер М. Уилфред Кили, собственной персоной. Мы не виделись с понедельника, с тех самых пор, как я в течение восьми часов кряду бомбардировал его вопросами. Кили вновь демонстрирует, насколько счастлив меня видеть. Мы обмениваемся рукопожатием и тепло приветствуем друг друга. Кили подходит к бару в углу кабинета и смешивает себе напиток.
   Мы устраиваемся возле бара за небольшим круглым столом, и Драммонд с Кили потягивают виски с содовой. Столь поспешный приезд Кили в Мемфис означает одно: они твердо решили уладить дело миром. Я весь внимание.
   В прошлом месяце за все свои муки я заработал всего шестьсот долларов. Драммонд зашибает примерно миллион в год. Кили управляет компанией с миллиардным оборотом и, судя по всему, зарабатывает больше, чем их адвокат. И эти люди готовы сделать мне деловое предложение.
   - Меня крайне беспокоит поведение судьи Киплера, - вдруг нарушает молчание Драммонд.
   - В жизни с подобным не сталкивался, - быстро добавляет Кили.
   Драммонд славится умелой подготовкой, и наверняка заранее отрепетировал эту сцену.
   - Откровенно говоря, Руди, я опасаюсь его непредсказуемости, - говорит Драммонд.
   - Он нас просто ногами топчет, - негодующе трясет головой Кили.
   Что ж, Киплер у них и правда - бельмо на глазу, но и поделом им. За убийство молодого парня их необходимо вывести на чистую воду. Я молчу, вежливо выслушивая их стенания.
   Оба в унисон прикладываются к стаканчикам, затем Драммонд говорит: