Бритт" по тому, как он важно двигается и одевается. В фирме работают только мужчины англосаксонского происхождения и протестантского вероисповедания, все из хороших солидных школ и уважаемых социальных групп, так что остальные представители мемфисской юридической общественности уже давно называют их Правоверными и Незаменимыми.
   Дж. Таунсенд Гросс, руки в карманах, издевательски усмехается. На нашем курсе он человек номер два, воротник его рубашки-поло всегда идеально накрахмален, он ездит на "БМВ", и его сразу же пригласили в штат Правоверных и Незаменимых.
   Мои колени дрожат, потому что я знаю, что Правоверные меня ни за что не примут в свои ряды. Если "Броднэкс и Спир" действительно объединилась с таким бегемотом, то, боюсь, в суете он меня уже растоптал.
   - Ничего не слышал, - говорю я тихо.
   Девушки на диване внимательно за нами наблюдают. Молчание.
   - Ты хочешь сказать, что они тебя об этом не известили? - недоверчиво спрашивает Ф. Франклин-четвертый. - Джек знал об этом уже сегодня в полдень, - кивнул на своего соратника Дж. Таунсенда Гросса.
   - Да, верно, - соглашается Дж. Таунсенд, - но название фирмы не меняется.
   Кроме "Правоверные и Незаменимые", еще фирма называется "Тинли", "Бритт", "Кроуфорд", "Маиз" и "Сент-Джон".
   По счастью, кто-то несколько лет назад предложил вариант "Трень-Брень". Сообщив, что название фирмы остается неизменным, Дж. Таунсенд информирует своих немногих слушателей, что "Броднэкс и Спир" - такая крошечная и незначительная компания, что "Тинли Бритт" проглотит ее и даже не поморщится.
   - Так, значит, они по-прежнему "Трень-Брень"? - спрашиваю я у Дж. Таунсенда, но он только фыркает в ответ, услышав эту приевшуюся кличку.
   - Не верю, что они тебя не известили, - продолжает Ф. Франклин-четвертый.
   Я пожимаю плечами, словно это пустяк, и шагаю к двери.
   - Может, ты чересчур обо всем этом беспокоишься, Фрэнки?