т меня составить ему компанию. Бутылку он держит в малюсеньком холодильнике, который установлен во встроенном шкафу, заменяющем адвокату бар. Купер пьет водку неразбавленной, безо льда и воды. Я следую его примеру. Каких-то пара глотков, и огненный напиток прожигает, кажется, все мое нутро.
   Купер, осушив первый стаканчик, говорит:
   - У вас, конечно же, имеются копии материалов официальных расследований деятельности "Прекрасного дара жизни"?
   Я даже не понимаю, что он имеет в виду, но смысла врать и изворачиваться не вижу.
   - Нет, я бы не сказал...
   - Так проверьте. Я сообщил об их проделках генеральному прокурору Южной Каролины, с которым водил дружбу ещё в колледже, и он лично возглавил расследование. То же самое - в Джорджии. Комиссар страхового департамента Флориды также затеял официальное расследование. Похоже, за короткое время "Прекрасный дар жизни" успел отказать в выплате страховок по рекордному количеству заявлений.
   Год назад, когда я ещё учился в колледже, Макс Левберг как-то раз упомянул про попытку подать жалобу на государственный Департамент страхования. Он, правда, был заранее убежден, что просто попусту тратит время, потому что страховая индустрия славилась особо дружескими отношениями с законодателями на любых уровнях.
   Мне вдруг кажется, будто я что-то упустил. Впрочем, удивляться нечему - ведь это мое первое дело по обману доверия клиентов.
   - Между прочим, поговаривают даже о подаче группового иска, - говорит Купер Джексон, темные как угольки глаза которого подозрительно сияют. Разумеется, он понимает, что я и слыхом не слыхивал ни о каком групповом иске.
   - Кто и где? - спрашиваю я.
   - Кое-какие адвокаты в Роли <г.Роли, штат Северная Каролина>. Они набрали несколько мелких исков к "Прекрасному дару жизни", но пока выжидают. Нужно создать прецедент - кто-то должен первым врезать этим прохвостам из Кливленда под дых. А пока адвокаты,