ахнет, вытекает, что служат в страховой компании одни паиньки. В противном случае головорезы из страхового департамента давно впились бы в их шеи мертвой хваткой.
   Драммонд тянет время. Ему нужно утопить жюри в водопаде никчемных показаний, чтобы присяжные хоть немного забыли кошмар двух последних дней. Он переливает из пустого в порожнее. Медленно двигается, едва ворочает языком, рожая в час по чайной ложке - ну точь-в-точь одряхлевший профессор. Талантливый лицедей. Будь в его распоряжении хоть мелкие козыри, мне пришлось бы туго.
   Он показывает Уиксу страховой полис Блейков, после чего целых полчаса уходит на то, чтобы втолковать присяжным, как любой полис, каждый полис должен получить одобрение со стороны департамента страхования. Особый акцент делается на слове "одобрение".
   Поскольку с протестами я не вылезаю, у меня остается время вертеть головой. Я слежу за присяжными, некоторые из которых то и дело посматривают на меня. Они на моей стороне. Я замечаю в зале незнакомцев, молодых людей в добротных костюмах. Купер Джексон со своими дружками расположился на заднем ряду, возле дверей. Зевак в зале мало - человек пятнадцать. Ничего удивительного - редко кто тратит время на процессы по гражданским делам.
   По прошествии полутора часов, в течение которых Уикс пояснял, как функционирует сложный механизм муниципального надзора над страхованием, присяжные откровенно позевывают. Драммонду на это наплевать. Он из кожи вон лезет, чтобы растянуть процесс, добиться продолжения его и на следующей неделе. Наконец, ближе к одиннадцати, он отпускает свидетеля, но утреннее заседание уже угроблено. Мы прерываемся на пятнадцать минут, после чего наступает мой черед поудить рыбку в мутной воде.
   На перекрестном допросе Уикс показывает, что в настоящее время в штате действует около шестисот страховых компаний, штат руководимого им департамента состоит из сорока одного служащего, восемнадцать из