двух недель вынужденного простоя, лишенные любимой забавы и послематчевых попоек, они все и так уже на стенку лезут. Нет, эту игру Клифф не пропустит ни за какие коврижки.
   Матч начинается в семь часов вечера и, на всякий случай, мы проезжаем мимо стадиона. "Лучшие Транспортники" уже на поле. Я жму на педаль газа. Мне не по себе - в кражах со взломом я никогда прежде не участвовал. Да и Келли заметно напугана. Мы почти не разговариваем. Чем ближе мы подъезжаем к её дому, тем сильнее я пришпориваю свой "вольво". Под сиденьем припрятан пистолет калибра 0, 38, и я намерен прихватить его с собой.
   Келли считает, что если Клифф не сменил дверные замки, то мы управимся минут за десять. Она хочет забрать всю свою одежду и, по возможности, ещё кое-что из вещей. Я настаиваю, что десять минут - предел для нас. Соседи могут нас заметить, кто-нибудь известит Клиффа, и тогда - быть беде.
   После избиения прошло уже пять дней, и Келли уже несравненно лучше. Она ходит, не испытывая боли. Уверяет, что сил, чтобы сграбастать свои шмотки и убраться восвояси, у неё хватит. С моей помощью, разумеется.
   От стадиона до её бывшего жилища пятнадцать минут езды. Жилой комплекс состоит из полудюжины трехэтажных домов, разбросанных вокруг бассейна и двух теннисных кортов. Шестьдесят восемь квартир, гласит вывеска при въезде. По счастью, квартира Райкера расположена на первом этаже. Перед домом ставить машину некуда, и я решил, что мы сначала войдем в квартиру, тихонько соберем вещи, а уже потом я подкачу по газону к дверям, побросаю добычу на заднее сиденье, и мы быстрехонько смоемся.
   На стоянке я глушу мотор и глубоко вздыхаю.
   - Страшно? - спрашивает Келли.
   - Да. - Я запускаю руку под сиденье и достаю пистолет.
   - Не бойся - он на стадионе. Ничто не заставит его пропустить этот матч.
   - Будем надеяться. Ладно, пойдем.
   Нам удается прокрасться к её квартире, никого не встретив.