и вручает его мне.
   - Уголовное дело придется открыть, но заниматься им будет прокуратура, отдел бытовых преступлений. Обвинитель там дама по имени Морган Уилсон.
   - Так вы её задерживаете?
   - У меня нет выбора. Я не имею права её отпустить.
   - А обвинение?
   - Простое убийство.
   - Отпустите её под мое поручительство.
   - Я не имею права, - огрызается Смазертон. - Как будто сами не знаете. Что вы за адвокат?
   - Тогда отпустите её по залог.
   - Ничего не выйдет, - отвечает он, обескураженно глядя на Хамлета. - У нас труп на руках. Решение примет судья. Убедите его, что она не преступила допустимой самозащиты - и она свободна. Я же должен исполнить свой долг.
   - Меня сажают в тюрьму? - жалобно спрашивает Келли.
   - Да, мэм, у нас нет другого выхода, - говорит ей Смазертон, почти сочувственно. - Если ваш адвокат не зря ест свой хлеб, то завтра он вас вызволит. Под залог, разумеется. Я же не имею права вас отпустить, как бы мне этого ни хотелось.
   Я протягиваю руку и ободряюще треплю Келли по ладони.
   - Не волнуйся, все будет в порядке. Завтра я тебя отсюда вытащу.
   Келли кивает и сжимает зубы, отчаянно пытаясь не расплакаться.
   - Вы можете поместить её в отдельную камеру? - спрашиваю я Смазертона.
   - Слушай, умник, тюрьмой не я заправляю, - не выдерживает он. - Можно подумать, что мне больше делать нечего, кроме как с тюремщиками лясы точить. Сам к ним отправляйся - они вашего брата любят.
   Не выводи меня из себя, приятель - одну башку я уже проломил. Мы свирепо поедаем друг друга глазами.
   - Спасибо за совет, - цежу я.
   - Не за что. - Смазертон и Хамлет отодвигают стулья, встают и дружно устремляются к двери. - У вас есть пять минут, - бросает через плечо Смазертон. И они выходят, оставляя нас одних.
   - Осторожней, - шепчу я. - Они нас видят. Кроме того, здесь наверняка установлены микрофоны, так что обдумывай