острыми зубами. Уже поздно, почти стемнело, но подъезд не освещен. Тяжелая деревянная дверь широко распахнута, и сквозь вторую, стеклянную, я вижу очертания маленькой прихожей. Я не могу нащупать кнопку звонка и поэтому очень тихо стучу по стеклу. Оно дребезжит.
   Я задерживаю дыхание - лая собак не слышно.
   Ни звука. Ни движения. Я стучу погромче.
   - Кто там? - раздается знакомый голос.
   - Мисс Берди?
   В холле показывается фигура, загорается свет, и вот она сама, в том же платье из хлопка, в котором была вчера в "Доме пожилых граждан из "Кипарисовых садов"". Она прищуривается и разглядывает меня из-за стекла.
   - Это я, Руди Бейлор. Студент-юрист, с которым вы вчера разговаривали.
   - Руди! - Она просто в восторге от того, что видит меня.
   Я слегка смущаюсь на секунду, а затем внезапно мне становится грустно. Она живет одна в этом страшном запущенном доме и уверена, что семья ее покинула, и единственная отдушина - проявлять заботу о тех старых, никому не нужных людях, которые каждый день собираются на ленч, чтобы спеть одну-две песни. Мисс Берди Бердсонг очень одинокий человек. Она торопливо отпирает стеклянную дверь.
   - Входите, входите, - повторяет она, абсолютно не проявляя ни удивления, ни любопытства.
   Она берет меня под локоть, ведет через прихожую и далее по коридору, на ходу ударяя поднятой рукой по выключателям. Лампочки одна за другой загораются, освещая дорогу, стены увешаны десятками старых фамильных портретов. Половики пыльны и протерты до дыр. Пахнет сыростью и затхлостью. Старый дом сильно нуждается в основательной уборке и обновлении.
   - Как любезно, что вы заехали, - говорит она ласково, все еще сжимая мой локоть. - Вам вчера понравилось с нами?
   - Да, мэм.
   - Не желаете ли навестить нас снова?
   - У меня к вам срочное дело.
   Она усаживает меня за кухонный стол.
   - Кофе или чай? - спрашивает мисс Берди, шумно