она когда-то лелеяла, так давно испарились, что она о них позабыла, но ей нравится мысль дать под дых "Дару жизни" и заставить их пострадать.
   - И вы получите третью часть?
   - Ну, я не рассчитываю отсудить миллионы, но что бы мы ни получили, я возьму только третью часть. И только после того, как будут оплачены все медицинские счета Донни Рея. Вы не должны ничего терять.
   Она хлопает левой ладонью по столу.
   - Тогда принимайтесь за дело. Мне все равно, сколько вы получите, но добейтесь победы. Принимайтесь сейчас же, ладно? Завтра же.
   У меня в кармане лежит аккуратно сложенный экземпляр договора на юридическую помощь, я нашел его в папке образцов в библиотеке. Сейчас самое время достать его и предложить ей подписать, но я не могу заставить себя это сделать.
   Морально я еще не имею права заключать соглашения на представительство интересов клиента в суде, пока не получил лицензию и не допущен к адвокатской практике. Но я надеюсь, что Дот останется верна слову.
   Я поглядываю на часы, словно настоящий адвокат.
   - Позвольте мне приступить к нашему делу, - говорю я солидно.
   - А вы не хотите познакомиться с Донни Реем?
   - Может быть, в следующий раз.
   - Я вас не осуждаю. От него уже ничего не осталось, одна кожа и кости.
   - Но я вернусь через несколько дней и тогда смогу выспаться подольше. Нам еще многое надо обсудить, я должен задать ему несколько вопросов.
   - Ну, тогда идите, все в порядке.
   Мы болтаем еще несколько минут, вспоминаем о "Кипарисовых садах" и о тамошних праздничных встречах. Они с Бадди ездят туда раз в неделю, если ей удается додержать его трезвым до полудня. И только в этих случаях они вместе выходят из дома.
   Миссис Блейк хочется поговорить, а мне хочется уехать.
   Она провожает меня на улицу, оглядывает мою грязную, всю в мелких вмятинах "тойоту", нелестно отзывается насчет импортных вещей, особенно японских,