агалось, синий "эконолайн" на двадцать мест -
  выехал из Эспена на северо-запад по шоссе-82.
   Кроме Филипа и двух его новых знакомцев, там сидело еще шесть человек.
  Первые минут десять ушли на обоюдное представление. Светловолосый парень -
  он сел за руль - назвался Эриком. Девица по имени Уэнди села рядом с ним.
   Хоть остальные скорее всего друг друга не знали, все были чем-то схожи
  между собой - одинаково юны, значительно моложе Филипа, по виду
  неприкаянные.
   После знакомства настала неловкая тишина, тянувшаяся долго, пока не
  проехали аэропорт. Тогда, повернувшись с переднего сиденья ко всем лицом,
  Уэнди затянула песню. Сначала подтягивали словно нехотя, потом потихоньку
  стали подпевать дружней; все, даже Филип. В выборе репертуара особой
  святости не ощущалось. Началось с "Америки", с которой патриотическая тема
  впредь не иссякала, повторяясь в "Звездном флаге", "Гимне борьбы за
  Республику" и "Дикси". Все это напомнило Филипу, как однажды в детстве
  родители запихнули его на слет юных республиканцев. Автобусные песни были из
  бойскаутского репертуара, но их слова знали все, и это помогало скоротать
  время в дороге. Новичкам как бы исподволь подкидывалась возможность
  освоиться.
   Так ехали они по то и дело петлявшему шоссе-82, следуя извилистому руслу
  Ревущей Двуглавой Реки, мимо курортных городков Снежник, Базальтовая гора,
  Эль Джебель. Песни смолкли. Примерно через час стало быстро смеркаться, и
  автофургон