лабо поскрипывали доски, будто палуба корабля при качке. Вот
  скрипу стало вторить всхрапывающее посапывание снизу. Джексон спал и,
  вероятно, видел во сне магазин Базби и свои бескрайние болота между
  Филадельфией и берегом Атлантики.
   Лежа на жестком тонком матраце прямо под темными балками крыши, Филип
  вдруг очень четко все представил: именно такие, вроде Джексона, парни из
  самой глубинки Америки и составляют основной резерв "Десятого крестового".
  Достаточно найти человека, у которого ничего за душой, вселить в него искру
  надежды, и он с радостью заложит им и душу, и мысли, и сердце. Так случилось
  с Хезер. Мечта стать великой балериной столкнулась с действительностью, что
  означало: как бы способна Хезер ни была, до истинного таланта ей далеко.
   Но вместо того, чтобы открыто посмотреть правде в глаза, она схватилась
  за очередную иллюзию и сама, по доброй воле примкнула к отшельничьему клану
  святош, существ с ранимыми душами, готовых без оглядки отречься от самих
  себя, чтоб не думать о будущем, отдав себя во власть чьей-то хозяйской
  воле-любви - Матери Терезы, Матери Настоятельницы...
   Филип вспомнил, что говорила Сара, когда они летели из Чикаго в Денвер:
  почти всегда религиозные секты и группы строятся на узах некоего родства,
  жажды родительской опеки. Так, члены возникшей в Калифорнии секты йога
  Бхаджана - называли Бхаджана "отцом"; Сун Мюнь Муна, идеолога "Объединяющей
  церкви", зовут "отцом", "истинным родителем". Последователи