ми леса не
  видите. Да, прошу меня извинить, я отлучусь ненадолго.
   Тодд вышел, но очень быстро вернулся, на сей раз с обоими
  телохранителями. В руке он держал наготове шприц для инъекций, который на
  глазах Филипа наполнил из крохотной ампулы, извлеченной из собственного
  кармана.
   - А теперь попрошу, мистер Керкленд, без глупостей! Это не смертельно,
  заснете, только и всего. Будьте любезны, закатайте рукав и подставьте руку.
   Все в Филипе восстало, однако каменные лица Тодда и двоих громил были
  вполне красноречивы. Чуть заартачься, церемониться не станут, скрутят. Филип
  повиновался, зажмурился, когда Тодд профессионально ввел иглу прямо в вену.
  Через мгновение все поплыло перед глазами, и, проваливаясь в пустоту, он все
  же успел спросить:
   - Кто.., кто.., кто такой этот Гершель?
   - Козел отпущения, - глядя с улыбкой прямо ему в глаза, ответил Тодд. -
  Гершель Гриншпан, мистер Керкленд, явился козлом отпущения.
   И тут все померкло.
  
  ***
  
   Умерла... Явный запах тлена, на губах привкус влажной, сладковатой земли.
  Она умерла или похоронена живьем; шорох ползающих насекомых, ночные
  шепоты...
   Сара Логан открыла глаза, дрожа; сердце учащенно билось, из горла вот-вот
  вырвется крик, боль в плече, боль в ноге. Мрак редел, сквозь заслон мшистых
  кочек и повители из ее укрытия виднелся лес. Сердцебиение слегка утихло, но
  Сару все продолжало трясти.
   Морщась от боли, приподнялась на корточки, мазнув затылком по мощному
  сплетению