нималось над землей, а предрассветной прохлады уже как не
  бывало.
   Последние сто метров Сара ползла на животе сквозь редеющую чащу, стараясь
  проявлять максимальную осторожность на случай, если "Десятый крестовый"
  оставил дозорных. Но предосторожность оказалась излишней: в "Лисьей тропе"
  никого не было.
   Сара не ожидала, что дом еще стоит: черные мазки копоти вокруг выбитых
  окон первого и второго этажа, в остальном здание снаружи почти целехонько.
  Больше того, взятый напрокат "линкольн" на том же месте перед входом.
   Сара затаилась, припав грудью к земле, минут двадцать следила за домом,
  только потом шевельнулась. Удостоверившись, что вокруг никого, поднялась,
  осторожно вышла из-за деревьев на поляну. Она вошла в дом через зияющий, с
  сорванной дверью черный ход, на цыпочках прокралась через маленькую заднюю
  прихожую, с замиранием сердца вошла в кухню. Хезер там не оказалось. Нож,
  поднятый кем-то с пола, лежал на золотистом кухонном столе, рядом Сарина
  сумочка. Сара подошла, взяла сумочку и нож. Сжимая в руке тяжелый нож из
  шведской стали, она почувствовала себя уверенной. Выставив его перед собой
  острием, стала обходить дом.
   Внутри все выглядело гораздо плачевней, чем можно было предположить после
  наружного обзора. В большом вестибюле, в библиотеке деда и в гостиной все
  было уничтожено обстрелом и пожаром, однако Сара с удивлением обнаружила,
  что кто-то прошелся огнетушителем внутри, чтобы остановить огонь. Страшно
  было представить