сло здесь, каждая картина на стене напоминали
  о трагедии.
   Апартаменты были огромны, из одиннадцати комнат. Отец не раз подшучивал
  насчет их необъятности. Окна комнат, расположенные вдоль длинной стены,
  выходили на реку Потомак и остров Теодора Рузвельта. Левее едва
  просматривался скрытый за изгибом моста Центр Кеннеди.
   Сара глубоко вздохнула. Для воспоминаний времени нет. Нет даже времени,
  чтоб заняться обработкой ран. Она выложила розы из коробки на маленький
  столик времен королевы Анны в гостиной, прошла по мягкому персидскому ковру
  к камину. На стене над ним, зловеще поблескивая металлом, висел дробовик
  "пэрди" стоимостью в три тысячи долларов, оружие, убившее отца.
   На миг ей представилось, как он направляет дуло себе в рот... даже
  ощутила на языке горьковатый привкус смазки... Сара прогнала видение, встала
  на цыпочки, сняла дробовик со стены. Тяжелый. Отнесла к столику, положила в
  коробку из-под роз. Та пришлась точно по размеру, чуть-чуть длиннее. Оставив
  коробку с дробовиком на столе, Сара прошла в маленький отцовский кабинет,
  который находился сразу за столовой. Ящик с патронами оказался на прежнем
  месте, в столе. Взяв ящик, Сара вернулась в гостиную, проворно зарядила
  ружье, а пока закладывала четыре патрона в патронник, ей снова вспомнилось:
  "Лисья тропа", ей восемнадцать, вздумалось повоображать перед подружкой,
  студенткой Вассарского колледжа. Попросила отца, чтоб показал, как стрелять
  из ружья, и он обстоятельно