емократ от
  штата Кентукки. Примерно год назад против него начали травлю.
   - Кто?
   - АККИ. Американская консервативная коалиция за истину. У них солидный
  центр в Вашингтоне во главе с неким Джоном Стинбейкером. Развернули против
  отца шумную кампанию, лили на него грязь и клевету. Только номер не прошел.
  Отец на провокацию не поддался. Я думаю, они хотели вынудить его подать
  голос против сторонников аборта, а может, просто надо было провалить его
  кандидатуру на очередных выборах.
   - Но ведь вы сказали, номер не прошел... Сара кивнула.
   - Тогда он их высмеял. Сказал, любовь, война и политика должны обходиться
  без интриг. Но уже недели через три отцу стало не до смеха. Словом, они его
  достали...
   - Каким образом? - спросил Филип.
   - Я толком не знаю, - дернула плечом Сара. - Он не рассказывал. Приезжаю
  как-то к нему в Уотергейт, а он среди бела дня пьян... Пару раз порывался
  мне что-то сказать, но тут же обрывал себя, будто боялся выдать тайну. А
  едва я спрашивала об АККИ или Стинбейкере, немедленно взрывался. Я отстала.
  И вот, это случилось почти полгода назад, он покончил жизнь самоубийством.
  Вставил дробовик дулом в рот, нажал курок... - Сара зажмурилась, веки ее
  напряглись. Она судорожно перевела дыхание. Филип молчал. Несколько секунд
  девушка боролась с собой, потом продолжала:
   - Не осталось ничего - ни записки, ни объяснения, почему так... Ушел из
  жизни, и все. И виной тому, я убеждена, Стинбейкер и его компания. Сначала
  их мерзкая