отсыревшие стены
  домов в зимний день, магазинчики на улице Риволи и их безумная с Хезер
  любовь. Картины мелькали, чередовались. Филип ворочался, метался по постели,
  ему снилась Хезер, возникшая несколько дней назад: нервозно подрагивали
  руки, когда она раздевалась; вот всплыло лицо Сары Логан; потом появился
  какой-то рыцарь в стальных доспехах: потрясая окровавленным копьем, он
  размашисто шагал по зыбкой пустыне из пожелтевших фотографий, каждая как
  наяву: "Хезер. Орли, 1971". Только вместо головы у Хезер окровавленный
  обрубок, а рядом стоит, скалясь, Нгуен Лоан, шеф полиции из Сайгона.
  
  Глава 8
  
   Оба, и Филип, и Сара, проспали до полудня; завтракали поздно в маленьком
  буфете при мотеле. Они оказались одни в этом помещении, не считая усталой
  официантки, клевавшей носом за столиком в глубине зала.
   - Я обдумала ваше предложение, - сказала Сара, пытаясь разрезать вилкой
  жесткую яичницу. - И пришла к выводу, что наш союз не лишен смысла.
   Волосы у нее были снова закручены в пучок на затылке. Филипу все хотелось
  протянуть руку, вынуть злополучные шпильки. Одета иначе, чем вчера, но так
  же безобразно. Вместо свитера широкая плотная клетчатая рубаха, заправлена в
  джинсы, мешковато топорщившиеся на щуплой фигурке. Как
  фотограф-профессионал, Филип испытывал досаду: одежда явно портила
  прекрасные природные данные. Зачем ей так портить себя, недоумевал он.
  Однако решил не углубляться. Девушка ему явно нравилась,