ь же, наконец! Мне как раз надо с тобой увидеться. В
  теннис еще не разучился стучать?
   - Мальчишка! Да я тебя одной левой! - Флоровский был левша.
   - Тогда через два часа в теннисном клубе на Ленинградском. До встречи!..
  Что, Андрюш?
   - Вы что, Янку берете?
   - Пришлось пообещать. Не одобряешь?
   - Дело ваше. Просто Клыня теперь просится. Вы ж знаете, втюрился он в эту
  кошку.
   - И что думаешь?
   - Он-то в теме. Обузой не станет.
   - Тогда скажи - пусть подключается к Жуковичу.
   - Да, там у вас в предбаннике какая-то плохушка дожидается.
   Забывший о Юле Забелин, хмыкнув, поднялся.
   В приемной над Яниным столиком навис и что-то интригующе шептал в ушко
  Жукович. Шептал явно непристойности, потому что на раскрасневшемся Янином
  лице установилось выражение веселой сконфуженности.
   При виде выходящего шефа Яна поспешно поднялась и выжидательно застыла.
   - До понедельника, - коротко попрощался Забелин, пропуская вперед
  заждавшуюся его Лагацкую.
   - Так вот насчет Екатерины Второй... - Жукович замолчал, внимательно
  посмотрел на помертвевшую Яну и, понимающе скривившись, удалился.
  
   В клубном баре было прохладно, звучала неспешная мелодия, потягивали соки
  остывающие после горячего душа игроки. Внезапно тихая эта гармония была
  нарушена - из коридора донеслись тяжелые быстрые шаги, и в сопровождении
  растерянного администратора в бар прямо в мокром пальто ввалился
  взъерошенный Флоровский.