ся.
   Наверху он, сперва приподняв, усадил в круг Юлю, затем уселся сзади.
   Их подтолкнули, и круг вошел внутрь черной, наполненной стремительной
  водой трубы.
   - О Боже! - в страхе от темноты вскрикнула девушка. Она изо всех сил
  вцепилась в веревки. Круг завертело и повлекло вниз, разгоняя. На каком-то
  повороте их занесло.
   - А-а! - в томительном страхе закричала Юля.
   - А-аа! - млея от восторга, заорал во всю силу легких Забелин. Крик их,
  соединенный с криками других, наполнил трубу гулом.
   - Я боюсь! Алешенька, родной, боюсь! - послышалось ему среди гула, и в
  следующую секунду их вынесло на финишную прямую и выплюнуло в бассейн, в
  который, не переставая кричать, и погрузились они с головой.
   Мокрый Алексей поймал и развернул к себе Юлю.
   - Ты что сказала? Что ты сейчас сказала? - Он обхватил ее плечи. Но
  девушка, беспрерывно моргая от набегающей на глаза воды и жмурясь на солнце,
  лишь чему-то улыбалась. - Стало быть, послышалось, - огорчился Забелин и в
  азарте показал на возвышающийся в стороне высоченный, словно лыжный
  трамплин, желоб. - А туда слабо?
   - О нет! Ну нет же.
   - Что хочет женщина, то хочет бог.
   Через несколько минут они стояли на высоченной горе перед началом спуска.
  Далеко внизу среди бассейнов копошились презренные букашки. При виде их
  Забелин понял трех нерешительно топтавшихся подле и матерящихся по-русски
  мужиков.
   - Давай сойдем, - прижалась к нему подрагивающая