Пошути еще.
   Мысли об обиженной им в сердцах Юле непрестанно вращались в голове и
  мешали вернуться к делу.
   - Ладно. Рассказывай, как Жуковича вычислил.
   - Ну, я его сегодня с утра пас. Хоть т... вы и приказали, но... я так
  подумал, что для дела.
   - Дальше.
   - Ну, он, правда, верещал поначалу, чтобы не лез. Но потом я его слегка
  образумил.
   - По печени?
   - Да нет, зачем? Это уже здесь, по факту. Значит, после того как Клыня
  привез ваш конверт, я его лично принял, хоть этот сучок вновь верещать
  пустился, но зато убедился ответственно - все было в целости: не надорван, и
  росписи ваши соответствуют. Не вскрывался, короче. За это отвечаю. Жукович
  при мне все в новый конверт опечатал. Выходил, правда, пару раз. Вот тут я в
  сомнении.
   - Не мнись.
   - Без пятнадцати пять приехали на аукцион. Сдали все документы. Из "ФДН"
  народишко уже крутился. Потом узнал, что они один свой конверт тоже в
  последний день подменили, но за полтора часа до нас. То есть получается - до
  того как вы цифру проставили. А после никто не менял. За это поручусь. Ни на
  шаг не отходил.
   Короче, в семнадцать тридцать объявляют, что участвуют четыре компании
  (две от них, две от нас), все документы действительны. Начали вскрывать.
   Вскрывают ихний первый конверт - сто двадцать тысяч рублев. То есть на
  халяву хотели. Наш первый - полтора миллиона. Вскрывают второй наш - ё твое
  - шесть миллионов и при них пять тысяч. Я еще подумал