- ну, дает шеф,
  швыряет деньги за нефиг делать. И тут вскрывают их последний - шесть
  миллионов десять тысяч не хочешь? Не две, что нам Жукович по максимуму
  пророчествовал, а точнехонько шесть. Да еще на нашу пятерочку десяточку
  аккуратненько положили. В дамки с сортиром. Просто-таки снайперски точно
  наварили.
   - Как Жукович себя вел?
   - Выступать начал. Мол, никакой протокол подписывать не стану. Де,
  фальсификация все. Да только пылил он. Подпись его никому и так не нужна,
  подписывает только победитель. А по форме не придерешься. Ну, я потерпел,
  пока не закончится. Пока назад ехали. Выслушал, как он по дороге
  повозбуждался. За пацана, должно, держал. Но старый опер всяких видал. А уж
  в кабинете - тут от души. Если бы вы раньше времени не объявились, я бы из
  него всю компру с говном вынул.
   - И это все? - не поверил Забелин. - Так на чем поймал-то? Мордовал-то за
  что?
   - Колол! Не знаю, правда, как он это, паскуда хитрая, провернул. Тут еще
  разобраться требуется. Но ведь и каталы на твоих глазах передергивают. А то,
  что он, - так это к бабке не ходи. Некому больше! Конверт-то ваш он получил
  опечатанным.
   Забелин, совершенно ошеломленный услышанным, тихо засмеялся.
   - Вы чего это? - под изучающим взглядом шефа Подлесный быстро пробежал
  взглядом по своему костюму.
   - Я думаю, Подлесный, что из ФСБ тебя по недоразумению поперли. Просто не
  доехали, какой в тебе палачуга сидит. Выходит,