еннее дело.
   - Да нет, теперь вы меня простите, - с видом человека, которому надоело
  попусту терять время, потребовал Онлиевский. - Потому что это сугубо НАШЕ
  дело. Мое и немножко ваше. Я так понял, что Второв до настоящего времени не
  известил вас, что принадлежавший "Светочу" контрольный пакет института
  сегодня переоформляется на мою структуру. Тогда, боюсь, я слегка опередил
  события. Завтра-послезавтра после завершения всех формальностей я подошлю
  своих людей. И вы уже все тогда с ними обсуждайте.
   - Вы чрезвычайно опередили события, - отчеканил Мельгунов, вместе с тем
  начиная подозревать, что за путаными словами нежданного визитера скрывается
  какой-то непонятный для него смысл. - Для начала - акции института
  покупались на деньги, к "Светочу" отношения не имеющие. Так что, боюсь, у
  вас скверные информаторы.
   - Это проблемно, академик. Не станет же в самом деле Второв продавать мне
  то, чем не владеет.
   - Повторяю, ни "Светоч", ни кто другой из вашей братии к институту не
  будет допущен на пушечный, как говорят, выстрел.
   - Трудный вы, оказывается, человек, Юрий Иванович. Знаете, пожалуй, я вам
  десяти процентов не дам. До такой степени не владеть обстановкой. Честь
  имею.
   - Надеюсь как раз, что ни вас, ни ваших людей я не буду иметь чести...
   - Ну полно, в самом деле, кочевряжиться-то, - оборвал рассерженный
  Онлиевский. - Вижу, что люди вашего склада по-хорошему не понимают. Нравится
  вам это