оров с
  заемщиками, готовыми платить долги, отговаривает их от этого, уверяя, что
  банк скоро рухнет.
   - Этого не может быть! - Эдик вскочил. - За тех, кто рядом со мной, я
  ручаюсь! Думаю, и Юрий Павлович поручится.
   - Это похвально. - Второв жестом усадил его на место. - Давайте-ка,
  Эдуард Анатольевич, просто немножко помолчим. Хочется иногда, знаете,
  помолчать с надежным соратником.
   Он кивнул Чугунову.
   И тогда послышался чуть искаженный диктофоном голос:
   "- Так когда вы готовы платить? И сколько?
   - Все сразу не сможем. Но два с половиной миллиона завтра перечислим.
  Поймите, мы и так вывернулись, чтоб их добыть. А могли бы и не платить, как
  другие.
   - Почему же решили заплатить?
   - Обижаете. Банк и нам не чужой. Сколько лет вместе. Да и Второва давно
  знаем. Вы нас выручали, теперь наш черед.
   - Красивый порыв... Но мы вдвоем. Можно прямо? Как старый добрый знакомый
  старому доброму знакомому?
   - Того и хочу.
   - Банк обречен. Денег ЦБ не выделит. Больше того - не даст подняться.
  Сведения, к сожалению, надежные.
   - Что делают? Что делают? Ведь это ж сколько людей... А почему вы решили
  мне это сейчас сказать?
   - А не хочу через полгода от вас претензии выслушивать, что знал-де и не
  намекнул вовремя. Наоборот, друга хочу сохранить. Так что давайте поиграем в
  игру: мы вас от имени банка будем прессовать запросами, угрожать там, исками
  трамбовать, - ну, все как положено. Но, если я лично отмашку