идти по
  предначертанному тебе пути.
   - Ты говоришь какими-то загадками, - задумчиво произнес Мак-Лауд. -
  Какая разница, хочу я или нет, если этот путь мне предначертан?
   - Разве можно встретить кого-нибудь на дороге, если никогда не
  выходишь из дома? Ты должен захотеть стать тем, кем должен стать.
   - Должен - значит, хочу, - неуверенно сказал Конан.
   - Нет, - вздохнул Рамирес и покачал головой. - Не то.
   - А что же тогда?
   - Только "да" или "нет". И если "да", то не потому, что неудобно
  сказать "нет". И я не могу принять решение за тебя. Ну да ладно... Это не
  главное.
   - Слушай, только что ты сказал, что это главное, а теперь...
   - А теперь все будет, как будет. Твое решение само найдет тебя.
   Уже почти стемнело. Рамирес поднял голову и, посмотрев на звезды,
  сказал:
   - Одевайся и пойдем.
   Он забросал костер мелкой галькой и песком и направился к лодке.
  
  
   Еще во сне Конан услышал нервное похрапывание лошадей, подведенных
  Рамиресом к самому окну. Открыв тяжелые веки, он приподнялся на локте и
  осмотрел погруженную во мрак комнату. Уткнувшись носом в меховую накидку,
  Герда крепко спала.
   Быстро вынырнув из-под овечьей шкуры, служившей одеялом, Конан
  натянул на ноги еще сырые после вчерашнего путешествия под водой сапоги и,
  коснувшись губами нежной щеки Герды, выбрался