ы должен сражаться.
   - Я отлично тебя понял, испанец, - зашипел Конан. - Ты все время
  стараешься унизить меня. Ты издеваешься надо мной!
   - Отнюдь. Я пытаюсь сделать из тебя настоящего воина, имеющего
  огромную силу. Глупо иметь в руках такую мощь и не уметь пользоваться ею.
   - Тогда учи, черт тебя побери! - вскричал Конан.
   - Обязательно, но только после завтрака. Пойдем домой.
  
  
   Герда убрала со стола большую миску с обглоданными костями молочного
  поросенка и на ее место водрузила пузатый кувшин с золотым янтарным элем.
  Рамирес налил до краев большие оловянные бокалы и, отставив кувшин на край
  стола, пригубил пенящуюся жидкость.
   - Отличный напиток, - он приподнял бокал и слабо кивнул.
   - Это рецепт нашего клана.
   - Ну что же, люди, которые варят такое пиво, достойны похвалы, -
  улыбнулся Рамирес.
   - Ты говорил, что после завтрака... - залпом осушив свой бокал,
  проговорил Конан.
   - Зачем ты торопишься? Неужели ты думаешь, что можно опоздать стать
  тем, кем ты станешь все равно? Подожди. Будь спокоен, и все произойдет
  само собой.
   - Но ты заинтересовал меня своими баснями, а теперь...
   - Чувства не должны заставлять тебя что-то делать. Наоборот, действия
  должны порождать у тебя какие-то чувства, которые тут же рассеиваются как
  дым.
   - Но как же я тогда смогу понять, когда