у голову и, глотая пересохшим ртом влажный
  воздух, прокричал, перекрывая грохот беснующейся стихии:
   - Она моя!
   - К сожалению, уже не твоя, - засмеялся ему в лицо Черный.
   Он трижды провернул меч в теле испанца и, приподняв Рамиреса,
  поставил его на колени на последнюю ступень лестницы. Широкое лезвие
  вынырнуло из тела. Рамирес пошатнулся, пытаясь упасть в чернеющий провал,
  но противник перехватил его тело, крепко сжав рукой плечо.
   - Прощай, - смех Черного рыцаря гремел как гром, - сегодня ты будешь
  спать уже в аду.
   Герда выбралась из-под засыпанных пылью и мелкими камнями корзин и,
  прячась за валунами гранитных блоков от сильных порывов ледяного ветра,
  всматривалась в фигуры, стоящие на самом верху чудом уцелевшей лестницы,
  острым пиком уходившей в ночной мрак, наполненный разрядами молний и
  громовыми раскатами.
   Черный рыцарь широко размахнулся - и лезвие эспадона в один миг
  отделило голову Рамиреса от тела.
   - Я останусь один! - победно взревел рыцарь и потряс над головой
  окровавленным оружием.
   Безжизненное тело испанца повалилось на бок и рухнуло в пропасть на
  обломки башни.
   Герда страшно закричала, но звуки ее слабого голоса утонули в
  раскатах грома.
   Мак-Крагер широко развел руки, ощущая мощный поток живительной силы,
  тугими струями омывающий его