творт проводил парня долгим
  пристальным взглядом и, достав свою фляжку, сделал большой глоток. - Ты же
  знаешь, Мак-Лауд, как я не люблю эту историю.
   - Я даже знаю, почему. У тебя по сей день похмелье после той
  двухнедельной пьянки, с которой все началось. Вы выпили все, что горело в
  этой проклятой дыре, в этом Дайке. А в себя ты пришел уже с рюкзаком за
  спиной, бредя по снегу.
   - Да, - вспомнил Датворт, - вам показалась тогда забавной идея
  вытащить меня в экспедицию. Майкл так и говорил: "Снег, и только твоя
  черная макушка торчит из сугроба". Мне эта идея понравилась, да и тебе
  тоже. А вообще-то, это просто золотая лихорадка, черт бы ее взял!
   На столике появилось все необходимое для продолжения воспоминаний.
   - Да, только холод Аляски выморозил хмель из твоей головы, - вздохнул
  Рассел.
   - Да. Много бум-бума утекло с тех пор. И, кстати, с тех пор я
  возненавидел зиму, - пожаловался негр.
   - Подожди, подожди... До этой истории ты, кажется, очень не любил
  жару?
   - Да, не любил. Потом приехал на север, немного выпил и понял, что
  зима мне тоже не подходит. Ты только подумай, я бы там замерз в снегах и
  пролежал бы, наверное, тысячу лет, пока бы меня не раскопали какие-нибудь
  сраные археологи. Это было бы открытие века! Самый северный негр. А нашли
  бы они меня потому, что из какого-то