а мельтешил, принимая окровавленное оружие, сыпал
  комплименты, преданно заглядывая в глаза хозяина...
   - Эй, Бэссет, это вы, что ли? - раздался сзади пьяный голос.
   Высокий господин обернулся. Перед ним стоял убитый Адриан. Его
  белоснежная рубаха была перепачкана кровью, но он пытался принять боевую
  стойку, одной рукой держа шпагу, а другой - сползающий на глаза парик.
   Выхватив из рук слуги свою шпагу, Клод Филипп нанес еще один удар. На
  этот раз, несомненно, смертельный. Шпага вошла прямо в сердце надоедливого
  Адриана, который с досадой произнес: "Черт!", - и свалился на землю.
   - Превосходно! Какой удар! - закричал слуга, целуя руку, протянувшую
  ему шпагу.
   Не успели они сделать и двух шагов, как за их спинами опять что-то
  завозилось и сказало:
   - Ну, господа, чего вы все время толкаетесь... Здесь дуэль или не
  дуэль? А, господа?..
  
  
   Зал маленького ресторанчика начал постепенно заполняться
  посетителями.
   - Ну и долго вы так упражнялись? - спросил, утирая слезы, Датворт.
   - Этого я не знаю, - гордо ответил Рассел. - Я, честно говоря, вообще
  ничего не помню. Мне потом об этом человек пять рассказывали, но все
  называли разное число. Один даже сказал, что "полторы дюжины". Но это
  бред. Он колол меня всего-то восемь раз. Это я насчитал потом на себе.
   - Да, совсем немножко.