о?
   - Дело в том, что она умерла при родах.
   - Его мать? - удивилась Бренда.
   - Да.
   - А другие родственники?
   - О них ничего не известно.
   - А вообще, как его считали - законным ребенком или нет?
   - Нет, - Килтон покачал головой. - Скорее всего, он был
  незаконнорожденным. За ними никто не приехал, и их пришлось хоронить за
  счет клиники.
   - Но почему "их"?
   - Как почему? Потому, что ребенок умер через полторы минуты после
  смерти матери. Честно говоря, я не очень понимаю, почему вас так сильно
  интересует это дело. Оно, право, не стоит того. Все было чисто. Это я могу
  вам сказать как врач. А если... Если бы, скажем, там было что-то не так,
  то за давностью лет... Вы меня понимаете?
   - О, конечно, мне просто нужны были именно эти сведения. Спасибо
  большое, доктор Килтон. До свидания.
  
  
   В пятом часу утра людей в управлении почти не было. Уставшие парни
  возвращались с ночного дежурства, лениво расхаживая по коридорам в
  ожидании пересменки.
   Бренда влетела, как реактивный снаряд. Процокав на высоких каблуках
  по залу, где стояло множество столов, она вошла в небольшую комнату. За
  дисплеем, погруженный в табачный дым, сидел курчавый темноволосый мужчина
  и, покусывая колпачок авторучки, смотрел в экран ничего не понимающим
  взглядом.
   Услышав, как открылась