- Запомни же на всю свою жизнь, то есть на сегодня: бомбардами
  зовутся они. Это оружие Запрета, как и жезлы в руках у Крагеров...
   - Запомню, Страж...
   - Знай: мы не сумеем вовсе помешать врагам пустить их в ход. Но так
  сделаем, что пустят они их в ход в миг, удобный для нас, а не для них. И
  еще знай: даже это нас не спасет.
   - Лишнее говоришь, Страж. Давно я понял это...
   - Так знай же то, чего ты еще не понял: Катана может успеть к полю
  боя. Но не успеет он.
   - А это - вдвойне лишнее ты сказал, Страж. Не стану выслушивать я
  хулу на Катану даже из твоих уст!
   - Не хулу я говорю. Мы - последние на Зайсте, кто стоит против
  Крагеров. Проиграв здесь - где выиграем? На кого поле битвы оставим?
  Ведома мне мудрость Катаны. Знаю я, что стократ ему легче умереть на
  бранном поле, чем поступиться честью. Но предоставить Злу полную победу -
  не стократно, а тысячекратно тяжелее!
   - А разве есть у него выбор? У него - и у всех нас?
   - Есть. Но не спрашивай меня об этом.
   - Я понял тебя, брат мой... Слава Катане, если он все же придет. Но
  если не придет - слава ему вдвойне!
   Впервые Мак Айлиль назвал Махайру не так, как полагалось бойцу звать
  командира. И улыбка тронула губы Ингкела, видимые сквозь щель забрала.
   - Ты прав, брат... Теперь скажи: видишь ли ты предводителя Крагеров?