это смертному!
   И ответил стоящий рядом с ним, старший по возрасту:
   - Совета ли спрашивали у тебя? Либо твоего мнения, что по силам
  смертному, что нет? Или и сам ты не знаешь, какого цвета глазная радужина
  у твоих врагов? Черна она, словно провал бездонный, так как сквозь
  глазницы их просвечивает нутро их души. Так делай же, что приказано!
   И, ни слова более не сказав, натянул тетиву юноша. А разом с ним
  взяли прицел все остальные.
   И каждый из них различил цвет глаз того, в кого целился. Потому что
  душа невидимо изливалась оттуда.
   Когда же души нащупывают друг друга - нет между ними расстояния. И
  уже нечто большее, чем сам человек, оценивает дальность, высоту, поправку
  на ветер...
   Да, не только человеческая рука натягивает гнутую палку. Не только
  сплетенная из воловьих жил тетива вбирает в себя запас накопленной силы.
   И не одна стрела летит в цель..."
  
  
   Кто стрелял? Откуда?!
   Те, кто успел вскинуть автоматы, открыли огонь наугад. Потом они
  определили, на каком из холмов расположились стрелки. Но это им не
  помогло. И даже не потому, что уже поздно было.
   Расстояние было слишком уж велико не для пули - пуля-то, не будучи
  живой, расстояний не выбирает - а для самих автоматчиков. Чтобы стрелять
  на такую дистанцию - надо снайпером быть.
   Да еще по едва различимым