амыми рослыми и могучими из ландскнехтов и рыцарей...
   Сам он, Мак-Лауд, - под этим или под другим именем - не раз в своей
  странной жизни топтал пыль дорогами ландскнехтов...
   Но - ни разу он не взялся за эспадон. Иногда ему приходилось терпеть
  из-за этого насмешки - хотя немного находилось охотников смеяться над ним!
   А у находившихся - очень скоро пропадало такое желание. Иногда даже
  вместе со всеми остальными желаниями...
   Но какой-то не вполне понятный страх вызывало в нем это оружие. Страх
  и отвращение. Словно означало оно причастность к чему-то темному,
  древнему, жуткому...
   А так - клинок как клинок, вполне ему по силам. Не хуже, чем та же
  клеймора.
   Клеймора... Традиционный двуручный меч шотландских горцев...
  
  
   Как ни странно, память его, кажется, сохранила этот момент: отец,
  закрепляющий меч над колыбелью. Или это ложное воспоминание?
   Наверное, ложное...
   Только отчего же тогда помнится и то, что сказал отец в ту минуту?
  
   ...В руке героя,
   что в путь решился,
   В поход опасный
   на вражью землю,
   Сей меч не дрогнет:
   не раз бывал он,
   Клинок двуострый,
   в потехе ратной!