еще их почтенный посетитель не забывал проснуться к
  последнему действию. Обычно это случалось еще до наступления финала - и
  тогда ему хватало времени изобразить, что он вовсе и не спал.
   "Только бы не скончался, старый маразматик! - директор вдруг
  испугался, что произнес это вслух. - Какой будет урон нашей репутации!"
   Он подозрительно скосил глаза на служителя. Тот стоял с прежним
  скучающе-почтительным выражением.
   - Буди! - наконец решился он.
  
  
  
   12
  
   ...Они шли рядом, не оглядываясь назад. На лице Клейморы застыла
  скорбная маска. А Катана говорил, говорил не переставая, чтобы отвлечь
  своего младшего товарища от того, что происходило за их спинами.
   Самому Катане приходилось куда тяжелее. Его-то некому было отвлечь...
   И даже того малого утешения у него не оставалось, что несколько часов
  назад: отвернуться, скрыть свое горе, скрыть от чужих взоров свое лицо...
   Нельзя... Иначе мальчишка совсем расклеится. Он ведь впервые видит,
  каково это - брать на себя ответственность за чужую жизнь.
   За жизнь и за смерть...
   И улыбка на губах у Катаны, и его нарочито веселый тон - все это тоже
  было маской.
   А что творится у него в душе - лучше никому не знать...
   Два вождя, старый и молодой, шли плечом к плечу, не оглядываясь
  назад. Старший говорил,