тиг уже в виде парных осколков.
   Он снова вздохнул - тяжело, лениво...
   - Брось, Томми. Ничего не произойдет. Давно уже в этом мире ничего не
  происходит... к сожалению. Разве что и впрямь явятся добрые или злые дяди
  из космоса...
  
  
   Сидя на краю эстакады, Луиза дышала часто-часто, как загнанная
  собачьей сворой лань.
   Она одна осталась в живых. И то - чудом. Когда вертолет прошел над
  кишащим пираньями рвом и дал очередь, пули достались только ее последнему
  спутнику. А потом вертолетная фара некоторое время провожала его уже
  мертвое тело, уносимое потоком.
   За эти секунды она, следуя под водой вдоль троса, успела достичь
  берега. Счастье, что они не подумали, что на переправе были двое... И тут
  она оборвала сама себя.
   Какое "счастье" - мерзавка, мразь эгоистичная! Привести своих друзей
  в змеиное логово (пусть они и вызвались добровольно - это не снимает с нее
  ответственности), уложить их всех, а теперь - "счастье"!
   А главное - зачем? Ради чего?
   Слезы душили ее - бесполезные, злые слезы...
   Неужели ради этих совершенно немыслимых данных, поверить которым даже
  она сама не в силах?
   А может быть, кто-нибудь все же остался жив? Едва ли... Она вспомнила
  мелькание прожекторов, безумный шквал автоматного огня, взрывы гранат...
   Нет, едва ли. Впрочем, если кто-нибудь еще и жив - вскоре