ящего фургона можно было различить лишь черный силуэт - но видно было,
  что от одежды на нем остались только рваные лохмотья. А длинные волосы,
  которые непонятным образом пощадил огонь, спускались до плеч. Движения его
  были легки и наполнены сдержанной силой.
   Человек наклонился, поднял с земли меч - и только тут Луиза узнала
  его...
  
  
   Мак-Лауд быстрым, но внимательным взглядом окинул добытое им оружие.
  Оно было знакомо ему: он в свое время владел таким мечом...
   Французские ландскнехты называли его бастард - "меч-ублюдок". И
  действительно - нечто среднее, - как бы помесь между легкой шпагой и
  огромным эспадоном.
   Ландскнехты же из немцев, не мудрствуя, звали этот тип меча
  "цвайхандер", что означало просто-напросто "двуручник"...
   Не вовремя в нем антиквар проснулся... Впрочем, плевать на антиквара.
  Как бы то ни было, клинок хорошей закалки, и удобна двуручная рукоять.
   Вполне можно снести этим мечом чью-нибудь голову. Не хуже, чем любым
  другим...
  
  
   Второй тоже узнал Мак-Лауда не сразу. Но, узнав, догадался обо всем.
   Молодо его новое тело - такое же оно теперь, каким было в тот миг,
  когда соприкоснулась ладонь Конана с ладонью Катаны. А это значит...
   Значит это, что впитана им жизненная энергия от кого-то, одаренного
  Воскрешением. А таких на этой планете - кроме них двоих - только