ю вашей столь занимательной... э-э-э... беседе,
  но ваш товарищ, по-моему, явно не способен вам отвечать...
   - ...Вот здесь должны были двигаться губы, которые я целовал не знаю
  сколько раз... - актер не отвлекался ни на что, но был уже в состоянии,
  близком к истерике.
   Зрительный зал изнемогал от смеха.
   - А все-таки, почему я вновь пришел в этот мир? - в уголках глаз
  Рамиреса разбегались веселые морщинки, но этот вопрос - не обращенный ни к
  кому конкретно - он явно задал всерьез.
   - ...Где теперь твои каламбуры, твои смешные выходки, твои куплеты?
   "Гамлет" продолжал свой монолог, не соображая, что лишь нагнетает
  всеобщее веселье.
   Рамирес посмотрел на него.
   - Вы все-таки надеетесь, что он вам ответит? - спросил он с искренним
  сочувствием.
   Это было последней каплей.
   - Слушай, ты, дегенерат! - актер в ярости повернулся к нему. - Пошел
  ты!..
   Тут он произнес нечто такое, чего Рамирес не понял - зато отлично
  поняли зрители, судя по их реакции.
   Рамирес озадаченно сдвинул брови:
   - Куда?
   И тут он, совершенно независимо от происходящего вокруг, понял, что
  действительно должен куда-то идти, встретиться с кем-то... давно ему
  знакомым...
   Это и было условием его нового Воскрешения...
   Это чувство мелькнуло и тут-же пропало.
   Одно можно сказать: актеру очень повезло,