го-нибудь сверх того, что сказал нам вслух?
   Лицо Мак-Лауда было словно вырублено из железа.
   - Да, я не все хотел говорить при девушке. Но от тебя у меня нет
  тайн, Катана.
   - Черный Воин?
   - Не знаю... Но я привык верить своим предчувствиям.
   - Понятно... - Рамирес кивнул, соглашаясь. Он тоже верил своим
  предчувствиям.
   - Ну что ж, Клеймора... Наступило время перемен!
   И его кулак со звоном обрушился на покрывающую глобус прозрачную
  сферу - так, что осколки брызнули во все стороны.
  
  
   - Присядем, - сказал Рамирес.
   И они сели перед дорогой, исполняя древний обычай. Рамирес - в
  кресло, а Конан - на диване рядом с Луизой. И ее рука была в его ладони...
   - Кто это? - негромко спросила девушка.
   Мак-Лауд проследил за ее взглядом. Она смотрела на стену перед собой,
  на портреты...
   Два женских портрета смотрели на них с этой стены. Один выглядел
  очень древним - словно из произведений старых мастеров. Другой...
   Другой вообще не был портретом. Это была великолепно выполненная
  цветная фотография.
   Несмотря на всю разницу, оба изображения вовсе не казались друг другу
  чуждыми. Между ними словно существовала какая-то связь. Не на уровне
  обычного сходства, нет - что-то более глубокое...
   И на этом же глубинном уровне - улавливалась общность их с третьим
  женским