теплой уютной комнате.
  
  
   Ричи извлек из чрева одного из стеклянных шкафов большое серебряное
  блюдо, на котором были расставлены украшенные резьбой и чернением пузатые
  чаши, и забросил их в сумку. Высматривая, что бы еще упрятать в свой баул,
  его взгляд остановился на стеллаже, где поблескивали в слабом свете
  уличных фонарей изящные старинные мечи. Один из них, украшенный изумрудами
  по золотому плетеному эфесу, - испанский меч семнадцатого века - был
  просто прекрасен.
   Ричи, конечно, не знал, что это за клинок, но не мог отвести от него
  восторженного взгляда. Меч просто просился в руки, и дух захватывало от
  безумной игры ручейков света, журчащих по золоту. Ричи ловко щелкнул
  нехитрым замком стеклянной двери и, распахнув ее, взял в руки старинное
  оружие. Это было приятно и волновало. Тяжелый клинок оттягивал руку,
  разливая по всему телу спокойную, однако ни на чем не основанную
  уверенность. Это все было так вовремя и так соответствовало настроению
  сегодняшнего вечера, что незадачливый воришка не смог удержаться и,
  размахивая мечом из стороны в сторону, стал подкрадываться к большой
  деревянной статуе индейского божества, вырезанной из цельного куска
  кедрового ствола.
   Намереваясь сразиться с грозным деревянным противником, поводя
  клинком перед разинутой пастью языческого