умчиво проговорил он,
  вздохнув.
   - Это все тот странный рыцарь. Я никогда раньше не видел его у
  Мэрдока. Откуда он? - спросил угрюмо Тугл.
   - Одному Богу известно...
   Ровный гул в продымленной харчевне действовал усыпляюще. Воины сидели
  небольшими группами за столами и возле ярко пылающих жаровен. Негромко
  переговариваясь, они обсуждали прошедший бой и крепким элем поминали
  убитых друзей и родственников. Некоторые из завсегдатаев уже спали прямо
  здесь же, облокотившись на стол или на спину соседа.
   Вдруг покосившаяся дубовая дверь открылась - и в проеме неожиданно
  возникла стройная фигура Конана. Вначале никто не обратил на вошедшего
  никакого внимания. Уставшие мужчины продолжали есть, пить, щупать
  подававших еду девушек и обсуждать свои проблемы.
   Конан переступил через криво стоявшую скамью и направился к Туглу и
  сидевшему с ним Эйну Гуссу, рядом с которым была его дочь Элен.
   Разливавшая вино хозяйка подняла голову и бросила равнодушный взгляд
  на нового посетителя. Взгляд скользнул по знакомой фигуре и застыл на
  лице. Веки женщины поднялись вверх, обнажая белки больших светло-карих
  глаз. Пальцы, держащие тяжелый кувшин, разжались - и одновременно
  раздавшиеся испуганный женский крик и грохот разбивающегося вдребезги
  кувшина заставили встрепенуться всех присутствующих.