Но
  так продолжалось недолго. Внезапно Слэн взревел и, бешено вращая
  эспадоном, подобно винту вертолета, обрушился на Дункана. Катана,
  встретившая разрушительный удар, который, казалось, мог бы перерубить
  надвое даже и носорога, загудела в руках Мак-Лауда и, передавая телу
  хозяина тугую вибрацию, отбросила его к стене, от которой тот мгновенно
  оттолкнулся и полетел было вновь к Слэну, но тот молниеносно бросился
  обратно к Тессе и вновь приставил меч к ее горлу.
   Дункан остановился в двух шагах от них и, занеся катану, закричал:
   - Оставь ее, ублюдок, слышишь?
   - Да-а? - удивленно протянул Слэн и расплылся в ехидной ухмылке,
  косясь на свою добычу. - Хочешь, я тебе раскрою одну тайну? Ты знаешь, как
  меня называли раньше всякие остряки? Нет? Они называли меня "шалуном". И
  знаешь почему? Это потому, что я люблю сначала шалить со своими жертвами.
   Тяжело дыша, Дункан молча двинулся на него.
   - Не порть мне веселье, - посоветовал Слэн. - Будь умнее и тогда я
  оставлю ее в живых. Понял? Подумай, Мак-Лауд. И подумай об этом прямо
  сейчас.
   Дункан опустил меч.
   - Я вижу, ты понимаешь меня. Не так ли?
   Пригнувшись, стелясь по полу, заваленному металлической стружкой, как
  быстрая змея, Дункан скользнул вперед, выставив катану, и одним неуловимым
  движением отвел широкое лезвие эспадона