имать в себя полчища
  голубых искрящихся змеек, покидающих одна за другой тело покойного,
  медленно поплыл по воздуху к середине моста. Поднявшись высоко вверх, он
  внезапно вспыхнул алой кровавой вспышкой и бесшумно растворился в темноте.
   Через несколько секунд грохот разорвавшейся бомбы потряс всю
  конструкцию моста. Небо над головой Дункана загорелось, словно в нем
  зажглось миниатюрное ночное солнце, изрыгающее сверкающий сноп шипящих и
  извивающихся драконов-молний, до боли режущих слепнущие глаза.
   Неистовствующий поток энергии вдавил Дункана в землю. Разряды
  пронзали тело миллиардами мельчайших игл. Хлесткие языки ослепительных
  молний опутали ноги Мак-Лауда и, на мгновение приподняв его над землей, со
  страшной силой обрушили вниз, пытаясь расплющить о мостовую.
   Дункана затрясло, как в лихорадке, чудовищная боль терзала тело.
  Искрящиеся ветви этого дьявольского энергетического репейника обвили его
  со всех сторон и, сжав в последний раз, словно в предсмертной конвульсии,
  растворились, просочившись сквозь холодный асфальт мостовой.
   Поиздевавшись всласть над человеком, вихрь принялся за неодушевленные
  предметы. Он разметал таблички и легкие фонари, размещенные на опорах
  моста, исковеркал другие фонари, стоящие на бордюре, сорвал запрещающие
  проезд большой щит и заграждение, а потом принялся