ом и фигурой Ребекки.
   - Давайте поиграем... - шептал он женским голосом, подходя к
  Мак-Лауду почти вплотную. - Мы с вами. Вы и я. Без масок, без щитков и без
  свидетелей. А?
   Он поднял рапиру и уперся ее острием в грудь Дункана, прямо напротив
  того места, где располагалось сердце.
   - Вы же любите играть... Верно?
   Уолтер медленно выпрямил руку и тонкое лезвие согнулось в дугу.
   Непривычное состояние вдруг охватило Мак-Лауда. Он видел перед собой
  своего заклятого врага, с которым вот уже двести лет никак не мог свести
  счеты, но не чувствовал его. Нет ощущения, что перед тобой стоит
  противник, такой же бессмертный, как и сам Дункан. И говорит он голосом
  самой обыкновенной смертной женщины. Странной женщины, но совершенно
  смертной. И не слышно зова вечной игры, несмотря на то, что в руках у
  Райнхардта рапира, которая упирается Мак-Лауду в грудь.
   - Так что, - вновь предложил ложный Уолтер, - сыграем?
   - Нет, спасибо, - холодно ответил Мак-Лауд. - Я не в настроении. Я не
  хочу играть.
   - Но, может быть...
   Райнхардт сделал маленький шаг к Дункану - и тот почувствовал, что
  защитный наконечник вот-вот надломится и рапира пробьет ткань и ватную
  подкладку куртки, и...
   Только теперь Мак-Лауд обратил внимание на то, что Райнхардт одет в
  фиолетовый женский комбинезон Ребекки, и..