ремонтировал голубой
  "фольксваген". - Мы еще съездим на этой машине на пляж, Эйнджи.
   Ричард бросал пламенные взгляды на толстяка, а тот увлеченно
  беседовал по телефону. Паренек жестом пригласил Эйнджи помолчать и сам
  прислушался.
   - Да, конечно, - размеренно басил Краус. - Разумеется, сэр. Сейчас?
  Что? Именно сейчас? Ну что ж, договорились. Всего хорошего.
   Толстяк расплылся в широкой улыбке и, спрятав в карман трубку,
  подошел к молодым людям. По лицу шефа было видно, что настроение у него
  стало заметно лучше, чем во время разговора о поломанной машине Эйнджи.
  Похлопав голубой "фольксваген" по крыше, он надулся, гордо выпятил грудь и
  многозначительно произнес:
   - Я давно собираюсь продать вон тот "мерседес", - он широко откинул в
  сторону руку, указывая, какой именно "мерседес" он имеет в виду, хотя
  "мерседес" на площадке был представлен только одной машиной. - А то он
  стоит, стоит... И вот наконец позвонил покупатель. Машина нужна ему прямо
  сейчас.
   Ричи мечтательно поднял глаза к ночному небу и расслабленно произнес:
   - Да ну его к черту!
   По его лицу было видно, что идея продажи "мерседеса" прямо сейчас
  интересует его меньше всего на свете, поскольку он настроен лирически - и
  только законченный хам может мешать ему предаваться высоким размышлениям и
  мечтам.
   Лицо мистера Крауса