оит двор Рыжей Бес.
   Одеянья их скроены из холста и кожи; вместо дворцов у них -
  замки-крепости; и боевые клейморы носят они вместо полуигрушечных шпаг с
  вычурными эфесами.
   Нет, не дворяне они в прямом смысле этого слова. Скорее -
  предводители отрядов, скроенных по единству крови и жизненного
  пространства. Вожди племен. Таны.
   Таны...
   Есть среди них такие, как Эйн Глен-Финенский, который остановил
  расправу над тем, кого считал невиновным. Остановил - рискуя своей жизнью,
  жизнью и покорностью своих соплеменников.
   Но есть и такие, как Мак-Бет Гламисский, что опозорил родовой замок,
  пролив там кровь заночевавшего в замке сюзерена, - с целью завладеть его
  уделом.
   Последних - таких, как Мак-Бет Гламисский - больше. Словно и не
  пролегла между кланами Мак-Бетов и Мак-Лаудов пропасть глубиной в пять
  веков.
   И гонят таны своих пастухов, каждый из которых два месяца в году -
  воин, и своих воинов, каждый из которых девять месяцев в году - пастух, в
  бессмысленные войны на земли соседних кланов.
   Впрочем, гонят ли? Попробовали бы не погнать... Тогда, пожалуй, сами
  прогнали бы таких танов воины-пастухи... Прогнали - и посадили на их место
  других, более лихих и воинственных.
   Вот отчего трещат на вересковых холмах копья, звенят доспехи,
  сшибаются, плюясь искрами,