о
  знамени, вдруг ставшее опасным, как ловчая сеть, хлестнуло его по глазам.
   И зрачки в зрачки глянул на него с белого квадрата черный барс -
  клановый зверь Фархерсонов...
   Но усидел в седле Дункан. И с вывертом ткнул коня шпорами в брюхо,
  диким прыжком швырнув его на знаменосца, - опрокинуть его, смять конской
  грудью, повалить наземь под дробящие удары копыт!
   Однако... Пробовали вы когда-нибудь кузнечным молотом раздробить
  капельку ртути? Если да - поймете.
   Не оказалось чужака на том месте, по которому пришлись копыта.
  Невозможно извернувшись (воистину - сам Люцифер вел его тело!), вынырнул
  он слева от коня.
   И не с руки было Дункану рубить.
   А защититься - тоже нечем. Оружием трусов считал Дункан щит, всю
  жизнь лучшим щитом служила ему чашка палаша-клейморы - большая, кованой
  бронзы...
   Но - не дотянуться ему теперь палашом до офицерского копьеца.
  Впрочем, при всем мастерстве противника, не бывать этому копью полноценным
  оружием: наконечник его тонок и многоветвист, он не сможет бить на
  поражение.
   А шпагу чужак так и не выхватил.
   И, усмехнувшись, откинулся Мак-Лауд назад, почти открыто подставляя
  под удар грудь, которую прикрывала лишь кожаная куртка. Мелкие, сверкающие
  блестки усеивали ее спереди - но разве оборонит такое украшение от острого
  железа?!
   (Нет,