его дико
  блуждали по сторонам, волосы на лбу слиплись от пота. И крупными
  жемчужинами высыпал пот по всему телу - из каждой поры.
   Но это уже был пот жизни, а не смертная испарина.
   Только осознав это, Дженет позволила себе броситься к любимому. Обняв
  его за влажные плечи, она ощутила под пальцами неуверенную дрожь
  пробуждающихся мышц - и заплакала светло, облегченно...
   Дальше еще многое предстояло. Но главное уже было сделано в тот миг.
   И это - заслуга Дженет.
   Многие, очень многие женщины так и остались бы в уверенности, что
  Конан изгнал из раненого злого духа. И жили бы дальше в страхе перед тем,
  что дух этот вот-вот вернется в покинутую было обитель.
   А страх этот многое окрасил бы в другие тона...
   Но Дженет оказалась покрепче, чем Элен Лебединая Шея. Она сразу же
  прониклась смутным, но крепнущим с каждой секундой пониманием того, что
  произошло.
   Пожалуй, даже раньше Дункана...
  
  
   А теперь они сидели рядом, и Дункан, не хмелея, пил чашу за чашей
  кислое вино.
   Старухи так и не поняли ничего, так и не решились приблизиться.
  Сбившись в кучу у дальней стены, шептались с опаской. И влажно
  поблескивали их глаза в пляшущем свете коптилки.
   А за столом шел разговор. Не только словами - взглядами, жестами.
  Поступками...
   Так, вместо того, чтобы долго