ть в нем интерес к
  жизни?
   Нельзя жить только желанием мести. Никак нельзя. Не жизнь это...
   А если Путь не является жизнью - пускай даже смертью он тоже не
  является, - каждый, кто идет по этому Пути, рано или поздно становится
  носителем темной Силы.
   И скорее рано, чем поздно...
   Что ж, с этим, по крайней мере, можно бороться. Во всяком случае -
  можно попробовать...
  
  
   Одного нельзя Учителю: бросить своего ученика. Потому что он все-таки
  всегда остается учеником.
   Даже если он сам этого не осознает. Даже если не просто не осознает,
  а впрямую отказывается от соединяющих их уз...
   Более того: и тогда нельзя, когда Учитель сам рад бы от этих уз
  отказаться...
   Но не рвутся в этом мире такие узы...
   Вот отчего всегда в ответе Учитель за ученика. И ученик за Учителя -
  тоже.
  
  
   Трижды уже жухла трава, облетали листья, и склоны холмов покрывались
  белым пушистым одеялом. Ни разу за это время не ночевали Конан и Дункан
  под одной крышей два раза.
   Конечно, за исключением тех случаев, когда приходилось им надолго
  задерживаться в ожидании, когда можно будет просить совета у очередного
  знатока старинных узоров...
   Но ни разу на вопрос "Знаешь?" они не услышали "Да!".
  
  
   Наконец, когда наступила четвертая осень, задан был этот вопрос
  последнему из хайлендских Мастеров