ука автоматически поползла по бедру,
  нащупывая рукоять меча.
   - Знаешь что! - Рамирес повысил голос. - У тебя манеры осла, пахнет
  от тебя, как от козла, одет ты, как женщина, и совершенно не понимаешь
  своих возможностей.
   - Что я должен понимать, и вообще - какого черта!..
   - Заткнись. Сейчас ты многому научишься и многое поймешь. Смотри сам.
   Рамирес качнул еще раз лодку. Правый борт почти зачерпнул темную
  воду, а затем резко поднялся вверх. Конан потерял равновесие и,
  перекувырнувшись через голову, полетел в воду. Звонкий смех вырвался из
  груди Рамиреса и полетел к берегу, чтобы отразиться от прибрежных скал и
  помчаться далеко в море.
   - Помогите, помогите! Я не умею плавать! Помогите! Тону!
   Шерстяная юбка и накидка из оленьей шкуры, наброшенная на плечи,
  постепенно пропитались водой и превратились в свинцовые путы, неудержимо
  влекущие слабое тело на дно.
   - Помоги!.. Помоги... - вопил Конан, захлебываясь и глотая воду.
   - Дурак! Ты не сможешь утонуть! Ты не умеешь! Ты бессмертен! -
  продолжая истерически хохотать, отозвался Рамирес.
   Ему явно нравилось это действо, и поэтому он, чувствуя, что выполнил
  свой долг как надо, поплыл на лодке к берегу, распевая во все горло свои
  протяжные песни.
   Значительно облегченная лодка, легко разрезая невысокие волны,
  понеслась