Так не годится, подумал Квейль. Если этот итальянец слышал шум, и никто
  не ответит на его оклик, он заподозрит неладное. Квейль силился припомнить
  какое-нибудь простое итальянское слово, чтобы ответить на оклик, но ничего
  ему не приходило на ум, а к тому же он знал, что последуют новые вопросы,
  на которые он уже не сумеет ответить, и он решил лежать и ждать.
   - Ола!.. Эй, Ансальдо, вставай... Тут кто-то есть.
   - Да ну тебя... Чего орешь?
   Это, очевидно, отвечал Ансальдо.
   - Я тебе говорю: тут кто-то есть, - настаивал первый.
   - Если это греческая армия, перестреляй всех и заткнись.
   Снова наступила тишина. Все трое лежали притаившись. Квейль чувствовал,
  как он шевелится, когда дышит, биение и трепет его напряженного тела
  передавались земле и вновь возвращались в тело. Так лежали они с полчаса.
  Квейлю казалось, что они провели тут полночи... Наконец Деус, крадучись,
  опять двинулся вперед.
   Квейль осторожно поднялся и пошел за ним. Позади он слышал шаги
  Нитралексиса. Вдруг покатился валун, звук отчетливо разнесся кругом.
   - Ансальдо! - крикнул итальянец. И помедлив: - Отвечайте или буду
  стрелять!
   Они страшные сони, эти итальянцы. Я сплю, как они, думал Квейль. Но
  очень уж они чувствительны - какого дьявола они волнуются? Что им до этого
  звука? Слишком они нервные...
   В этот момент один за другим прогремели три выстрела... Пули шлепнулись
  где-то справа