мнить ни
  одного греческого слова из-за головной боли. Маленький грек только
  улыбнулся.
   - Далеко еще до Янины? Сколько?..
   Маленький грек кивнул головой и опять улыбнулся.
   - Ах, боже мой!.. Неужели вы не понимаете, что я спрашиваю: далеко ли
  еще до Янины?.. Янина?.. Когда?..
   Маленький грек кивнул, улыбнулся и поднял три пальца.
   - Три часа? - переспросил Квейль. Ему приходилось кричать, чтобы
  перекричать шум дизеля. Маленький грек утвердительно кивнул.
   Дорога была совершенно забита. Греческие солдаты, которые устали от
  всего еще до начала войны, теперь слишком устали, чтобы спешить даже при
  отступлении. Когда грузовик обгонял их, Квейль видел их лица. Они
  поднимали головы и что-то кричали, иногда даже бежали за грузовиком, но не
  могли догнать его, скоро отставали и опять продолжали брести.
   По склонам гор ютились деревни, если можно было их так назвать, потому
  что они были наполовину разрушены бомбежкой и покинуты жителями. Вдоль
  всей дороги виднелись воронки от бомб. И как только рассвело, появились
  самолеты. Всякий раз, как они пролетали над дорогой, греки бежали в
  кустарник. Квейль отлично понимал их, он помнил обстрелы с бреющего
  полета, и они проезжали мимо еще дымящихся, обгоревших грузовиков -
  результатов вчерашнего обстрела.
   Он лежал в кузове. Когда грузовик останавливался и маленький грек,
  завидев самолеты,