осмотреть. Он принял спокойно то, что
  увидел: бесформенный овал - из-за опухоли и темных кровоподтеков, длинный
  порез от правого глаза до подбородка и небольшие порезы на лбу и над левым
  глазом. Шея была сильно сдавлена маской, когда маска съехала с лица, и на
  ней образовался большой черный кровоподтек. Вид был весьма неприглядный. И
  Елена видела эту неприглядность, потому что она болезненно морщилась.
   - Красив, а? - сказал Квейль, рассматривая щетину, пробивавшуюся сквозь
  раны и ссадины. - Можно побриться? - спросил он сестру.
   - Нет, бриться нельзя, - улыбнулась она. - Ванна.
   - Ладно, пусть будет ванна. Найдется тут, во что переодеться, Елена?
   Она кивнула головой и ушла, пристально посмотрев на него. Сестра
  проводила его в небольшую ванную, которая, очевидно, была предназначена
  для госпитального персонала, но, судя по запаху, служила и другим целям.
   Он разделся, закутался в белую простыню и ждал, пока сестра носила
  горячую воду в большом ведре. И тут он почувствовал царившее здесь
  возбуждение. Воспоминания о проделанном пути и сознание всего
  происходящего, притупленные на время встречей, снова возвращались к нему,
  и он снова начал беспокоиться. Он чувствовал спешку.
   Он еще раз почувствовал эту спешку, когда вышел чистым из ванной.
  Быстрой походкой вошел доктор, усадил его, и его пронизала боль от швов,
  накладываемых на голову, - здесь не